К главе 46

К ГЛАВЕ 46

1. Об "Ивирии" часто упоминают византийские авторы, писавшие до IX в. и в первой половине XI в. Писатели же, повествовавшие о событиях конца IX-Х в., почти не употребляют этого хоронима. Так, у Льва Диакона вообще не говорится ни об Ивирии, ни об ивирах (Leon. Diac. Hist.). "Хронография" Льва Грамматика сообщает о некоем Григоре Ивирице, посланном Львом VI на подавление восстания Андроника Дуки (907 г.) (Leon. Gramm. Chron. P. 281. 11-13), а также упоминает о куро-палате Ивире, прибывшем в столицу империи 20 февраля 10 индикта (922 г.) непосредственно вслед за венчанием на царство Софии, супруги императора Христофора (сына и соправителя Романа Лакапина) (Ibid. P. 307. 7-15). Продолжатель Феофана в ряде мест говорит об Ивирии, но имеет в виду Западную Ивирию - Испанию (Theoph. Cont. P. 73. 15-17, 20-21). Впрочем, при описании восстания Фомы Славянина (820-823) он назвал ивиров среди восточных народов, участвовавших в восстании, наряду с египтянами, индусами, персами, сирийцами (Ibid. Р. 55. 6-7). Продолжатель Феофана рассказывает о Григоре Ивирице и о прибытии в Константинополь куропалата Ивира (Ibid. P. 372. 14-19; 402. 8-21) почти в тех же выражениях, что и Лев Грамматик, что с несомненностью свидетельствует об общем источнике сведений. Те же сведения содержатся в "Хронике" Симеона Магистра и в сочинении Григория Амартола (Ibid. Р. 733. 16-23; 894. 14-19). За исключением этих данных, памятники Х в. не содержит никаких сведений об "ивирах". "Ивирия" же в них не упоминается вовсе. Впервые (в памятниках Х в.) восточная "Ивирия" появляется у Константина. Этот факт весьма важен тем более, чтo сведения о ней достаточно широки. Уже в одном из хрисовулов, изданных в 920-922 гг. от имени Романа I (920-944) и Константина VII (913-959), перечислены владетели ивирского дома Багратидов той эпохи: Адарнасе IV, царь и куропалат Ивирии; Гурген II, дука Тайка; Гурген I, дука Холарзены (900-923); Давид (ум. 937), старший сын и наследник Адарнасе; Давид "Мабалис" (ум. 943), владетель Ачары и Нигали. По словам Константина, куропалату Ивирии были подвластны владетели четырех областей: Ивирии архонта *ту Вериасах, Ивирии архонта *ту Карнатаэс, Ивирии архонта *ту Куэл и Ивирии архонта *ту Атсара (Toumanoff С. Studies. Р. 492-493). Области названы по их главным городам: Таос-Карни (Карнатаес) - в северном Тайке; Вериасах (арм. Верхняя сторона) - в Кларджии; Квели (или Квелисцихе) - в Джавахети; Ачара. Итак, в Х в. в византийских источниках упоминаются две Ивирии: Испания и Ивирия - владения ивирских Багратидов, куда входили Танк, Холарзена, Джавахети, Ачара, Нигали. Интересна традиционность географических представлений византийцев, восходящих к античности. В XI в. понятие Ивирии в византийских памятниках значительно расширяется: это и Грузия, и фема Византийской империи, и Испания. Соответственно этноним "ивир" уже не имеет одного или двух значений: "ивир" в XI в. - испанец, грузин, уроженец фемы Ивирия армянин-халкидонит, принявший конфессию от грузинской церкви, и, наконец монах монастыря Ивирон (Типик Григория Пакуриана. С. 124-134).

"Ивиры" же Константина - это ивирские Багратиды, а "Ивирия" - их владения. К. Туманов включает Ачару, Нигали, Тайк, Кларджию, Джавахети, Артаан и других областей в так называемые "armeno-georgian Marchlands" (Toumanoff С. Studies. P. 498-499). "Большая часть этих территорий - исторически не менее, чем географически, - армяно-грузинские пограничные области и поэтому являлись полем боя между обоими царствами. Битва за них еще продолжается - на поле боя историографии" (Ibid. P. 440-441).

Попытки Византии утвердиться в Тайке и Кларджии непосредственно связаны с военными действиями в Басене. В IX-Х вв. эти области дробились на множестве уделов, где правили представители ивирской ветви Багратидов.

2. Адрануци (Артанудж) - город гавара Кларджия наханга Гугарк Великой Армении Расположен на берегу горного притока р. Чорох, в VII в. разрушен арабами в начале IX в. восстановлен Ашотом Багратидом. По данным грузинских памятников, Ашот "обнаружил в Кларджети в лесу скалу одну, где впервые Вахтанг Горгасал воздвиг крепость по имени Артануджи. Была она разорена Глухим из Багдада. Восстановил ее Ашот и выстроил вновь крепость, а перед крепостью у ее подножия, построил город. Внутри крепости воздвиг церковь святых апостолов Петра и Павла и уготовил там же усыпальницу свою, и обосновался на жительство в той же крепости. Затем вновь завладел странами до врат города Бардава" (Сумбат Давитис-Дзе. История и повествование о Багратионах / Пер., введение и примеч. М.Д. Лордкипанидзе. Тбилиси, 1979. С. 31). При ивирских Багратидах, согласно гл. 46, Артанудж играл значительную роль в международной торговле (Манандян Я.А. О торговле и городах Армении в связи с мировой торговлей древних времен. Ереван, 1954. С. 216).

3. Смбат Артануджский - владетель Тайка и Кларджии (ум. 889 г.). Имел двух сыновей: Баграта (Панкратий), владетеля Артануджа и Кларджии (ум. 909), и Давида "Мабалиса" (ум. 943). С- Рэнсимен отмечает у Константина неверный перевод на грческий язык: "Мабалис" - не "всесвятой", а "властитель" (груз. мампал) (DAI. II. Р. 177). Можно предположить, что либо информатор Константина не знал грузинского языка, либо толкование прозвища Давида принадлежало самому императору (о генеалогии Багратидов см. коммент. 1 к гл. 46). И Смбат Багратид, и Баграт, и Давид носили титул мампала (Очерки истории Грузии. Тбилиси, 1973. Т. II С. 459-460 (на груз. яз.).

4. Кискаси (груз.) - "живой, проворный". P.M. Бартикян сближает это прозвище с патронимом Вхкаци, который в греческой Эгрекской надписи 1006/7 г. звучит как KHXKATZI, при этом подмена "беты" "каппой" характерна для всей надписи; правильным было бы написание BHXKATZI (Константин. С. 237, примеч. 5). Однако. как замечает К. Туманов, Кискаси - прозвище Ашота, а Вхкаци - патроним. так что сближение невозможно, не говоря уже о том, что в огласовке Вхкаци не имеет с Кискаси ничего общего (Toumanoff С. Caucasia and Byzantium // Tra-ditio. 1971. 27. P. 134, note 93).

5. Гурген Тайкский - магистр (ум. 941), глава старшей ветви ивирских Багратидов (см. коммент. 1 к гл. 46).

6. Тирокастрон ("сырная крепость") - перевод с груз. Квелис-цихе; в сочинении "О церемониях" этот город обозначен грузинским наименованием *ту Куэл, Квелис-цихе - центр области Джавахети (Джавахк) (Константин. С. 237, примеч. 7). Расположен к северо-востоку от Артануджа.

7. Река Ачара - правый приток р. Чорох несколько выше устья, служила границей с Византией (совр. Аджарисцкале, в ее долине расположена большая часть территории Аджарской АССР). В раннем средневековье здесь находился гавар Ачара, который упоминается в "Ашхарацуйце" как западная окраина царства Картли. В древности р. Ачара называлась Ноете (Еремян С. Т. Армения. С. 72). Колсрином, по мнению Рэнсимена, именовался пограничный округ (DAI. 11. Р. 178). К. Туманов считает, что до сих пор неизвестно, чему соответствует этот топоним (Toumanoff С. Studies. P. 495, note 264), P.M. Бартикин полагает, что Колорин соответствует либо гавару Кол (груз. Кола, совр. турецк. Геле), либо это шестой гавар Тайка Окале (его урартское наименование - Кали) (Константин. С. 238, примеч. 9). Однако с этим невозможно согласиться, так как оба гавара достаточно далеки от Ачары. Возможно, имеется в виду страна Колика поздних античных и ранних христианских источников, в которых упоминается эта страна как приморская именно в юго-восточном углу Понта.

8. См. о нем коммент, 21 к гл. 45.

9. Большой pa6ai. Здесь четко прослеживается деление передневосточных мусульманских и христианских городов на две части: собственно город (араб. "медина" и перс. "шахристан"), где обитала привилегированная часть населения, преимущественно феодалы и их семьи, крупные торговцы; находилась часть рынков, общественных зданий и т.д. и часть города, воэаикшая именно в IX-Х вв., вследствие дальнейшего развития торговли и ремесла. Она-то и именовалась рабат, т.е. предместье (см.: Бартолъд В.В. Соч. IvL, 1971.7.7. С. 42 и след.).

10. Мы усматриваем в "хорополисе" город - центр области, такие города и имели рабаты. Эти новые города уже не обязательно были только административными центрами или резиденциями феодалов, в большей мере они являлись центрами ремесла и торговли. В Закавказье Х в. именно в таких городах появились элементы самоуправления, городские верхи боролись с феодальной знатью. О средневековых городах мусульманского Востока см.: Беленицкий A.M.. Бентович И.Б., Большаков О.Г. Средневековый город Средней Азии. Л. 1973, Большаков О.Г. Средневековый город Ближнего Востока V!i--X!li вв. М., 1984. Библиография с. 304-329.

11. Коммеркий - совокупность торговых пошлин (Литаврин Г.Г. Византийское общество. С. 231)

12. ??? - арабское: "земли, территории" - равнозначно греч. ??? (DAI. II. Р. 178; Константин. С. 238-239).

13. Мисхии - мссхи, жители области Самцп (Месхети) В средние века Месхети при-близительно идентична Верхней Картлг, в узком значении в Х в. - область городов Одзрхе и Ахалцихе (Мусхелишеи.л Д.Л. Основные вопросы. С. 43; Еремян С. Т. Армения. С. 79).

14. C. Рэнсимен полагает, что это Константин Гонгила (DAI. II. P. 179).

15. Титул воина из отряда телохранителей императора.

16. Иматий - специальное одеяние, соответствовавшее титулу и выдаваемое из казны.

17. Никомндия - город в Вифиник на восточном берегу Мраморного моря (Ныне Измир).

18. Имеется а виду Иерусалим,

19. Форма правительственных указов (простагм) (Яковенно П. Исследования в области византийских грамот Юрьев, 1917. С. 104,107-108). Иногда простагма употреблялась как хрисовул для подгверждения привилегий (Dolger F. Byzantinische Diplomatik. S. 48). В группу простагм входят орисмос, келевсис, простаксис, питтакий. Простагмы писались обычным шрифтом на бумаге квадратного формата небольших размеров, датировались месяцем и индиктом. Завершалась простагма подписью императора без пышного титулования Форма простагмы в соответствии с ее целями была очень простой. Обращение к троице обозначалось просто крестом (Ibid. S. 46-48: Rouillard G. Note de diplomatique byantine // Pyz.antion 1933. S. P. 117).

20. Главный писец, начальник канцелярии, главный секретарь, С. Рэнсимен вслед за Дж. Бьюри и Ф. Дэльгером идентифицирует протоасикрита Симеона с Симеоном Логофетом, автором "Хронографии" (DAI. Ii. р. 180).

21. Сын Адарнасе Куропалата, курочалат С)23.-.954). Ему ьаследовал его брат Смбат (ум 958). Его братья Давил и Баграт носили титулы ма; негров (cs. коммент. 1 к гл. 45).

22. Лакуна в рукописи.

23. Акампсис - река Чорох, Мургу.чы - Мургул-су. На Чорохе (совр Турция) и поныне есть городок Мургул. Акампса и Мургулы - восточные турмы пограничной фемы Халдия,

24. Очевидно, доместик Востока (главнокомандующий в;еми военными силами империи на Востоке) Иоанн Куркуас (см. о "ем коммент. 20 к гл. 44).

25. Эти события происходили между 923 (когда Ашот наследовал своему брату Гургену) и 937 г. (смерть магистра Давида) (DAI. II. Р. 179).

26. Во Введении к комментарию глав 43-46 отмечалось, что у Константина привелдены разнообразные и по большей части уникальные сведения об укреплении позиций Византии а Закавказье. Действительно, труд Константина позволяет воссоздать кар-тину постепенного проникновения империи в Тарон и подчинения кайситских эмиров, а также уточнить вопрос о попытках Византии захватить Артанудж и Тайк (до правления Константина ни в Тайк, ни в Кларджию ромеям проникнуть не удалось). Документы константинопольской канцелярии легли в основу свидетельств авторов главы 43 о взаимоотношениях Византии с Таронитами. Покровительствуя "стратигам" - Таронитам, византийский двор стремился в то же время ограничить их власть, о чем достаточно красноречиво сообщается в гл. 43 (особенно в связи с имением "Дом Варвара" и уступкой Торником своих владений империи). В Тарон прибывали византийские чиновники - посланцы императора. Сюда должен был явиться евнух Синут, но его оклеветал переводчик Феодор, и Синут был послан в Ивирию, а в Тарон был направлен протоспафарий Константин Липе. Раздел Тарона был произведен протоспафарием Кринитом, переводчиком. Как показал Н. Адонц, все эти лица - армянского происхождения (Adontz N. Etudes. P. 221-230).

И здесь мы вплотную подходим к вопросу о возможных информаторах Константина. В своей политике в Закавказье империя опиралась на армян-халкидонитов Немало их находилось на службе империи, они занимали иногда высокие посты и легко находили общий язык с таронскими Багратидами, также исповедовавшими халкидонитство, широко распространенное в Тароне уже во времена патриарха Фотия (Арутюнова-Фиданян В.А. Армяне-халкидониты. С. 91). Имперская ортодоксия гарантировала Константинополю лояльность его армянских дипломатов, военачальников и переводчиков, а их принадлежность к армянскому этносу, языку и культуре давала им возможность разбираться во внутри- и внешнеполитическом положении Тарона с ясностью, недоступной их греческим единоверцам (Ср. коммент. 26 к гл. 45).

Одновременно с проникновением в Тарон Византия настойчиво пыталась утвердиться и в тех областях Армении, которые продолжали оставаться под владычеством арабских эмиров, и в пограничных армяно-грузинских княжествах Тайка и Кларджии, составлявших уделы представителей боковой (по отношению к армянской) линии Багратидов. Гл. 44 рисует военно-политическую программу империи вее стремлении на восток, в центральные области Армении. Области, к которым относится географическая номенклатура этой главы, имели различный политический статус. Области и города, находившиеся на берегу оз. Ван, принадлежали мусульманским эмирам, и вместо обычных дипломатических приемов, активно использованных в Тароне (пожалование титулов и поместий владетелям, интриги с целью разобщить их и т.д.), здесь имел место прямой военный нажим как и по отношению к Феодосиополю, одному из основных опорных пунктов арабской укрепленной пограничной территории ("ас-сугур") на севере. Военные действия против арабов вел главным образом Иоанн Куркуас, армянин-халкидонит на службе Византийской империи, почти два десятка лет бывший доместиком Востока. Стратигом Феодосиополя стал его брат Феофил. Переговоры с Константином о феодосиополе вел Чордванел, армянин-халкидонит, азат тайкского курочалата из семьи тайкских Торникянов.

Таким образом армянские информаторы 43-45-й глав представляются наиболее вероятными не только потому, что именно им принадлежала ведущая роль в военных и дипломатических акциях империи на Востоке, но и потому, что в самом тексте мы встречаем чисто лексические подтверждения их роли (отмеченные выше в комментарии). Приближенный куропалата Чордванел назван азатом - согласно нормам армянской средневековой стратификации (см. коммент. 27 к гл. 45); географическая номенклатура передана в формах, либо близких к армянским (в переогласовке на греческий - см. наименования армянских городов во владении кайсиков), либо совершенно совпадающих с армянскими, таких как именование Аракса в форме Ерасх (как у Мовсеса Хоренаци и в других средневековых армянских источниках).

А главное, в ткань повествования проникает живая речевая традиция армянского языка с ее уменьшительными формами личных имен ряда владетелей (см. коммент. 3 к гл. 43 и коммент. 11-12 к гл. 44).

Источниками гл. 46, посвященной генеалогии Багратидов, могли быть, помимо актов имперской канцелярии, отразивших переписку Романа Лакапина со своими дипломатами и военачальниками, также копия питтакия, направленного друнгарию Константину, послания ивирским Багратидам, отчеты армян, должностных лиц империи и т.д. Возможно, для какой-то части главы информаторами могли быть грузины, но, очевидно, не для всей главы, так как люди, не знавшие, что "мампал" - не "всесвятой", а "властитель", и называющие Квелис-цихе даже не Куэлом, а Тирокастроном, грузинами быть не могли. Именно в гл. 46 встречаются термины, указывающие на близость мусульманского мира, его влияние и проникновение его реалий в Закавказье.

43-46-я главы явно выделяются своей актуальностью - это современный Константину политико-дипломатический справочник. В самом деле, другие разделы труда, в той или иной мере касающиеся административного устройства империи (гл. 14-42), по большей части не содержат современного Константину материала. Предположение авторов лондонского комментария, что материал для большинства глав этого раздела готовился одновременно со сбором материала для труда "О фемах" (т.е. тогда, когда замысел Константина VII относительно трактата "Об управлении империей" не созрел окончательно), по-видимому, вполне обоснованно, так же как и утверждение, что материалы этих глав фиксируют положение в империи на время до середины IX в. (DAI. II. Р. 2-5). Напротив, главы 43-46 - это рассказ о тех политико-дипломатических мероприятиях, которые начались при Льве VI, продолжались при Романе Лакапине и Константине Багрянородном и должны были послужить руководством к действию для его сына Романа, как это явствует из заключительного абзаца главы 46.