§ 9. Свобода мысли и слова

Мысль – неотъемлемое свойство человека, основа его действий и поступков. «Я мыслю – значит, я существую», – писал великий французский философ Декарт. Мысль всегда свободна, это ее имманентное состояние. В этом отношении законодательного закрепления свободы мысли не требуется. Лишение мысли ее свободы – заветная цель всех тиранов, но эта цель в конечном счете неосуществима. Можно заставить человека говорить не то, что он думает, но заставить его думать или не думать по указке невозможно. Непонимание этой простой истины – главная причина краха всех тоталитарных режимов.

Иное дело – свобода слова. Известная тютчевская строка «мысль изреченная есть ложь» подчеркивает не более чем ограниченность всякого знания. На самом деле в слове заключен источник созидания. Библия утверждает, что Слово было в основе Божественного мироздания. Слово может быть и источником разрушения, через него проявляется инакомыслие – главная опасность любой тирании. «Мнение правит миром», – верно подметил идеолог Великой французской революции П. Гольбах.

Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. Учебник. – М., ИНФРА • М, 1998. С. 196

У свободы слова общая судьба с демократией: когда уничтожают одну, то кончается и другая. Все демократические конституции мира закрепляют эту свободу, видя в ней основу для свободы печати, оппозиции, критики, инакомыслия и прав меньшинства. Эта свобода, как никакая другая, опасна в руках людей безответственных, разного рода карьеристов, демагогов и амбициозных политиков. Злоупотребление свободным и особенно печатным словом часто в истории многих стран подрывало общественные устои и вело к ликвидации самой свободы слова, как и свободы в целом.

Признание свободы слова требует и признания возможности ее ограничения – не только этического и культурного, но и юридического. Поэтому в Международном пакте о гражданских и политических правах прямо устанавливается необходимость на основе закона ограничить свободу слова для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья и нравственности населения.

Конституция и законы большинства стран мира открыто ставят пределы свободе слова, указывая недопустимые цели ее использования. Нельзя, например, признать за выражение свободы слова «шуточные» крики о пожаре в переполненном темном зале кинотеатра, вызывающие панику, давку в дверях и гибель людей. Так же далеки от свободы слова те, кто проповедует национальное или расовое превосходство и требует узаконения самосуда. Даже если цели у произнесенного слова законные, то требуется еще моральная ответственность за это слово с тем, чтобы оно не обернулось против других людей и всего общества.

Содержание свободы слова весьма широкое. Это не только право говорить все что угодно, но и сумма убеждений, мнений, идей, выраженных как устно, так и печатно, в произведениях изобразительного искусства, научных исследованиях, художественной литературе и музыке. Другими словами, это все то, что выражает мысль человека, его устремления и надежды.

Конституция РФ гарантирует свободу мысли и слова, но она сразу же устанавливает, что не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Это целая программа негативного отношения к идеям, способным взорвать здание общественного согласия. В России эти нормы призваны противостоять коммунистической идеологии, делящей общество на «передовые» и «отсталые» классы, национализму и расиз-

Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. Учебник. – М., ИНФРА • М, 1998. С. 197

му, шовинизму и антисемитизму. Не совсем, правда, ясно, какие силы пропагандируют языковое превосходство – похоже, что таких сил в России нет, если не считать требований соблюдать право на использование родного языка, что, однако, никак нельзя трактовать как пропаганду превосходства.

Другая опасность, порождаемая неконтролируемостью свободы слова, носит фашистский характер. В Указе Президента РФ о мерах по обеспечению согласованных действий органов государственной власти в борьбе с проявлениями фашизма и иных форм политического экстремизма в Российской Федерации от 23 марта 1995 г. отмечается, что антиконституционная деятельность экстремистски настроенных лиц и объединений приобретает все более широкие масштабы и дерзкий характер, создаются незаконные вооруженные и военизированные формирования, нарастает угроза сращивания последних с некоторыми профсоюзными, коммерческими, финансовыми, а также криминальными структурами. Указом предусматриваются меры по усилению борьбы против фашистской угрозы и предписывается органам МВД, ФСБ и др. задерживать и привлекать к ответственности лиц, распространяющих печатную продукцию, кино-, фото-, аудио- и видеоматериалы, направленные на пропаганду фашизма, возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни, принимать меры к изъятию такой печатной продукции и материалов. Под контроль ставятся соответствующие собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование. Эти и ряд других мер направлены на запрещение и ограничение деятельности фашистского характера.

Весьма важно положение, сформулированное в ч. 3 ст. 29 Конституции РФ: «Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них». По своему содержанию понятие «убеждения» шире, чем «мнения», это понятие охватывает устойчивую систему взглядов, основанную на определенном мировоззрении, но и мнение может значить очень много, ибо является частью убеждений. Для демократии главное, чтобы все могли, ничего не опасаясь, выражать свои убеждения и мнения, а убеждения и мнения меньшинства, или инакомыслящих, уважались.

Как уже отмечалось, многообразие проявлений свободы слова дает основание отнести ее в равной степени и к личным, и к политическим правам человека. Так произошло и со ст. 29 Конституции, первые три части которой трактуют эту свободу в личностном плане, а остальные две – в политическом. Эти аспекты свободы слова будут рассмотрены в следующей главе.

Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. Учебник. – М., ИНФРА • М, 1998. С. 198