Глава 20. Последовательности, опережения и отставания: Уэсли Митчелл

Уэсли Митчелл (I874—1948)

Ранние исследования Митчелла начались работой "История гринбеков" [Mitchell W,C. A History of Greenbacks. University of Chicago Press, 1903. [Гринбеки — казначейские бумажные деньги, выпущенные в США впервые в 1862 г. для покрытия военных расходов. — Прим. ред.] ] и завершились опубликованием в 1913 г. книги "Экономические циклы" [Mitchell W.C. Business Cycles. University of California Press, 1913.]. Первая работа была посвящена анализу бурных потрясений эпохи гражданской войны с ее мощными приливными волнами инфляции и дефляции. Но за этими сотрясениями последовал долгий период довольно умеренного волнообразного развития, по временам, правда, дававшего немалой высоты взлеты и глубокие падения. Закончены были эти ранние работы, охватившие полвека американской истории, только к началу первой мировой войны. В дальнейшем при жизни Митчелла достаточно стабильное положение экономики длилось меньше одного десятилетия — в благополучные 20-е годы. А дальше пришла мировая депрессия небывалой суровости и длительности, и за нею последовала вторая весь мир поглотившая война, которая нанесла сокрушительные удары (их действие мы все еще не в состоянии полностью оценить) по экономическому строю и институтам Западной Европы и в меньшей, но все же внушительной мере по Соединенным Штатам.

Митчелл приучил себя изучать экономическую систему в движении. Но чем дальше, тем больше приходил он к тому, чтобы рассматривать ее динамический характер в категориях относительно умеренных волнообразных движений. Термин "экономический цикл" стал популярным и приемлемым понятием. Деловые люди не находят больше предосудительным описывать систему свободного предпринимательства как систему, движущуюся в постоянных и самих себя порождающих циклах. Пожалуй, даже они рассматривают эти колебания как "биения сердца" живой, динамической системы. Экономический цикл стал очередным увлечением деловых кругов; предсказания стали национальным спортом, порою даже более интересным, нежели игра в национальную политику.

Мировая война и депрессия

Тридцать пять лет жизни Митчелла с 1913 г. (даты опубликования его "Экономических циклов") до дня его смерти в 1948 г. могут быть разделены на две равные части. Первые 17 или 18 лет повторили (если позволить себе очень грубое сравнение) историю с гринбеками и то, что за нею последовало. Вначале были военный подъем цен, короткий послевоенный бум восстановления запасов, короткая, но острая депрессия, а затем полоса высокого, с легкими колебаниями уровня процветания и занятости. Это были захватывающие явления; и Митчелл, более чем кто-либо другой из экономистов, был подготовлен к тому, чтобы разобраться в них. Он энергично погрузился в экономические изыскания и в изучение вопросов государственной политики, к которым поток событий не мог не привлечь его внимания. Прежде всего появились его работы об индексах и ценах в годы войны, а потом начиная с 1920 г. обширная программа эмпирических исследований Национального бюро экономических исследований, директором которого он стал. Второй период (1930-1948 гг.) принес Великую депрессию и вторую мировую войну.

Процесс кумулятивных изменений

Технический прогресс с перемежающимися волнами нововведений и капиталообразования никогда не играл большой роли в концепции экономического цикла у Митчелла. Более того, нелегко ввести в его схему грандиозные подъемы двух великих войн и опустошительное крушение Великой депрессии. Для него экономические циклы представляли собою в существе своем колебания. Повторяющиеся фазы экономической активности "вырастают одна из другой и врастают одна в другую". В своей книге 1913 г. он объявил, что теория экономических циклов должна быть "описательным анализом кумулятивных изменений, посредством которых один ряд экономических условий сам себя преобразует в другой ряд". Внутренних экономических процессов вполне достаточно, чтобы одна фаза цикла развилась в другую фазу без побочного содействия со стороны какого-либо "нарушающего обстоятельства". В представлении Митчелла, стало быть, основная задача в изучении экономического цикла состоит в том, чтобы отыскивать регулярные последовательности, обнаруживать опережения и отставания важнейших экономических переменных, прослеживать "процессы кумулятивных изменений".

Гипотеза, с которой выступил Митчелл (но которую, как он обнаружил, не так-то просто доказать на основе имевшихся в его распоряжении эмпирических данных), такова: каждая фаза цикла рождается из предыдущей, она не зависит от экзогенных факторов, внешних по отношению к самой экономической системе, таких, как прерывистый, а может быть, и непрерывный прогресс техники, рост народонаселения, войны, урожай, автономные явления в кредитно-денежной сфере или другие внешние импульсы. Периоды экспансии и сжатия кумулятивного самопроизвольного процесса легко можно уложить в рамки такой гипотезы. Но трудности встают (и Митчеллу пришлось бороться с ними) в точках поворота. По сути дела, он призвал на помощь экзогенные факторы, например в нижней точке поворота появление новых продуктов, новых процессов и рост населения. Как показывает внимательное чтение "Экономических циклов", положения о верхней точке поворота в особенности свидетельствуют, что для объяснения самопроизвольного процесса требуется больше, чем может дать даже подробное изложение последовательности событий. Скептически относясь к тому виду абстрактного теоретизирования, которое содержится в строгих эндогенных объяснениях верхней точки поворота, Митчелл удовольствовался описательным анализом.

Концепция цикла Митчелла

Тем не менее концепция цикла как самопроизвольного движения, вырастающего из скрытых внутренних процессов самой экономической системы, была интересной и плодотворной гипотезой; и она оказала глубокое влияние на экономическое мышление во всем мире. Концепция была сформулирована решительно и искусно: с бесконечными вариациями была она вплетена в описание последовательности событий, и постоянными, многократными повторениями она вбивалась в сознание читателя. Можно смело сказать, что не было человека, который, прочтя книгу Митчелла "Экономические циклы", продолжал бы думать о депрессии и процветании совершенно так, как думал до этого.

Своей книгой 1913 г. Митчелл добился того, что проблема экономического цикла покинула башню из слоновой кости и вошла в "рабочий инвентарь" всякого пишущего по финансовым вопросам и каждого бизнесмена. Она была переведена на язык рыночной площади. Деловой человек сразу признал, что наконец появился компетентный отчет о том, что происходит в действительной экономической жизни. А для специалиста-экономиста всякая дискуссия о "кризисах" стала чем-то давно устарелым. Конечно, концепция цикла уже гораздо раньше выдвигалась многими авторами, и все же именно Митчелл был тем, кто завершил дело. Отныне явлением, подлежащим изучению, стал цикл — развертывающееся связное движение, которое должно рассматриваться как целое.

Благоприятные или неблагоприятные события, говорит Митчелл, могут играть некоторую роль. Но обычно они лишь ускоряют или замедляют уже идущий процесс расширения или сжатия. Счастливые случайности заслуживают не больше доверия в качестве объяснения экономического оживления, нежели "ныне отброшенная теория, что кризисы — "патологические" явления, вызванные какой-то "анормальной" причиной". Внутренние экономические процессы — совершенно достаточная причина для перехода из одной фазы цикла в другую "без побочной помощи со стороны какого-либо нарушающего обстоятельства" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 453. ].

Поиски прибыли

Поиски прибыли, по мнению Митчелла, — это центральный фактор, управляющий экономической деятельностью. В соответствии с этим все рассмотрение, говорит он, должно быть сосредоточено вокруг перспектив прибыли [Ibid. P. 450.].

Итак, каковы бы ни были факторы, влияющие на прибыль, все они попадают в круг анализа. Но главное значение имеют следующие факторы: (1) цены, из которых складываются денежные поступления предприятий; (2) цены, из которых складываются расходы предприятий; (3) объем продаж; (4) денежные средства для производства платежей; (5) доступность банковского кредита. Требуется узнать, каким колебаниям подвержены эти факторы, и проследить их взаимодействия, чтобы увидеть, как они влияют на перспективы прибыли [Mitchell W.C. Business Cycles.. P. 451.].

Фаза оживления

Вот краткое изложение последовательности событий, как оно дано у Митчелла (мы начинаем с фазы подъема в цикле): "Сами условия экономической депрессии порождают оживление активности". Оживление может быть приписано процессам, которые с необходимостью развертываются в период депрессии и формируют благоприятные условия. Среди благоприятных следствий трудных времен должны быть отмечены следующие: (1) снижение издержек, как основных, так и дополнительных; (2) сокращение товароматериальных запасов; (3) низкая норма процента; (4) прочная позиция банков как заимодавцев; (5) возрастание массы капиталов, ищущих сфер приложения. Эти условия развиваются из самой депрессии, и каждое из них содействует возникновению обстановки, благоприятствующей оживлению.

Когда дезинвестиция в области товароматериальных запасов прекращается, текущие закупки розничных торговцев и оптовиков увеличиваются, даже если и не наступит изменений в текущих покупках потребителей. Торговцы перестают распродавать запасы. Заказы промышленникам поэтому растут. Но и домашние запасы одежды, и предметы домашней обстановки постепенно оказываются изношенными и пришедшими в негодность. Появляется необходимость покупать новые, если только можно найти для этого деньги. Непрекращающийся рост народонаселения оказывает влияние на совокупный объем потребительского спроса. "Развитие новых вкусов у потребителей, появление новых материалов и введение новых процессов не приостанавливаются даже в период депрессии". Некоторое время лица, желающие начать новое дело, могут на выгодных условиях скупать старые предприятия (вследствие банкротств и реорганизаций, вызванных депрессией), но затем возможности для этого становятся все менее благоприятными. Тогда те, кто отваживается открыть новые предприятия, строят их сами. Спрос на новое строительство и новое оборудование поощряется низкой нормой процента, наличием капиталов, ищущих вложения, и низкими строительными издержками. Во время депрессии новое строительство и новая установка оборудования приостанавливаются, но "накопление технических усовершенствований продолжается". Развивается и растет, стало быть, "побуждение к инвестированию в новое оборудование" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 565-567. ].

Под комбинированным давлением этих различных сил происходит заметное увеличение потребительского и производственного спроса. Расширение спроса поднимает физический объем производства. Уменьшение основных и накладных расходов, действуя в сочетании с этим возрастанием физического объема, поднимает текущие и ожидаемые прибыли.

Задержимся несколько и разберемся в сказанном. Считается, что, помимо благоприятных условий (ситуация в кредитно-денежной сфере, издержки и т.д.), два фактора повинны в том, что экономика получает толчок вверх. Это: (1) прекращение торговцами и потребителями дезинвестирования в области товарных запасов и (2) технический прогресс [К этому можно добавить другой важный экзогенный фактор — рост народонаселения. ], проявляющийся в новых продуктах и новых процессах производства. Первый фактор, действительно, вырастает из внутреннего развития самого цикла; но технический прогресс не развертывается автоматически из циклической последовательности событий. Технические изменения — по большей части экзогенный фактор, внешний импульс, на который реагирует экономика. Коротко говоря, процесс "кумулятивного изменения" содержит в себе больше, нежели последовательность таких переменных, которые эндогенны относительно самого цикла.

Первым указанием на оживление является, согласно Митчеллу, возрастание физического объема торговли. Затем, с некоторым отставанием, наступает подъем цен. И этот последний распространяется вширь и кумулятивно нарастает. Различные части общей системы цен (цены оптовые, розничные, предметов потребления, производственных благ, сырья,- заработная плата, процентные ставки) реагируют с неодинаковой быстротой. По мере того как цикл развивается от депрессии к вершине процветания, во внутренней структуре системы цен происходит, таким образом, сдвиг [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 452-468.].

Отношение между издержками и продажными ценами развивается таким путем, чтобы расширилась доля прибыли. Этот процесс в сочетании со все большим физическим объемом производства увеличивает массу прибыли. И так как "поиски прибыли — это движущая сила денежной экономики", то кумулятивный процесс усиливается.

Накопление напряжений

"Чем живее ощущается этот кумулятивный рост процветания, тем труднее становится ответить на вопрос, почему процветание не длится неограниченно долго". Неблагоприятные события могут случаться и часто случаются. Но такие невзгоды больше чем перекрываются огромным изобилием периода процветания, и "накопленная движущая сила хороших времен может без серьезного урона преодолеть немало таких преград". Невзгоды не объясняют, почему процветанию приходит конец. В самом деле, многие периоды "интенсивного процветания кончались годами обилия, мира и хорошей жизни. Поэтому убыль, как и рост процветания, следует объяснять не влиянием внешних "нарушающих причин", а процессами, регулярно протекающими во внутреннем мире самой экономики" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 473.]. Напряжения накопляются внутри самой экономической системы, "пока они, наконец, не подрывают ее равновесия" [Ibid. P. 474.].

К числу угрожающих напряжений, постепенно накапливающихся во времена высокого процветания, относится медленное, но неуклонное увеличение издержек. Фиксированные расходы (процентные ставки, арендная плата, амортизационные отчисления) растут. Устарелое оборудование снова вводится в строй ввиду невыполненных заказов и обильного спроса. Ставки заработной платы растут, в производство вовлекается менее эффективная рабочая сила, и общий уровень производительности труда падает в периоды процветания. Растет цена материалов. Некоторое значение (особенно для торговых классов) имеет и рост процентной ставки на краткосрочные ссуды. Само управление предприятиями оказывается отягощенным и теряет способность справляться с задачами экономической администрации. Все эти растущие издержки грозят вторгнуться в границы прибыли.

Быстрое расширение объема промышленного оборудования порождает другого рода напряжения. Сооружение новых производственных единиц и начало осуществления новых строительных проектов раздувают объем производства и поднимают цены. "Но в то же самое время цены, предлагаемые этими предприятиями за труд и материалы, содействуют тому, что издержки предприятий растут по всем линиям, описанным в предыдущем разделе". Когда агрегаты нового оборудования изготовлены и введены в действие, предприниматели, которым они принадлежат, начинают конкурировать между собой из-за рабочих и сырья и, с другой стороны, бросают свою продукцию на рынок. "Эта деятельность ведет к тому, что еще больше усиливаются факторы, увеличивающие издержки всякого производства, и вместе с тем встают преграды на пути роста продажных цен". Но так как производство оборудования требует времени, то процветание может "подойти к гребню приливной волны до того, как новое оборудование начнет серьезно усиливать вторжения издержек в границы прибыли" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 485.].

На рынке возникает недостаток денежных средств для инвестирования. Начинают раздаваться жалобы на "нехватку капитала". При сохранении прежней нормы процента предложение денежного капитала уже больше не равно спросу. "Условия, на которых предоставляются долгосрочные ссуды, становятся обременительными" [Ibid. P. 486. ]. Заемщики берут ссуды "больше под акции и меньше под облигации" и "платят высокий учетный процент по одно-, двух- или трехгодичным векселям, вместо того чтобы продавать долгосрочные облигации".

"Спрос общества на капитал претерпевает обычно значительное сокращение в год, предшествующий кризису". Это уменьшение не означает, утверждает Митчелл, "что у предприятий уменьшилось желание обеспечить себя денежными средствами, — это означает, что руководители не желают взваливать на свои компании на долгий ряд лет тяжелые фиксированные расходы, которые при господствующей обстановке возникли бы в результате займов. Они предпочитают отложить осуществление своих планов на то время, когда средства можно будет раздобыть на лучших условиях" [Ibid. P. 487.].

Мы не находим здесь признания возможности того, что инвестирование в заводы и оборудование, дома, административные здания, гостиницы и т.д. может достигнуть точки временного насыщения, как это полагают Шпитгоф, Робертсон и другие.

Что процветание приходит к концу, Митчелл объясняет ростом издержек, который порождается самим же процветанием. Увеличение издержек грозит уменьшить прибыль. "Но если и так, остается еще проблема, требующая решения. Почему предприниматели не могут защитить границы своей прибыли от угрожающих вторжений со стороны издержек тем, что в достаточной мере поднимут продажные цены?" [Можно было бы также спросить: если происходит вторжение в пределы прибыли, то почему конкуренция не снижает цены на труд и материалы в такой мере, чтобы стабилизировать издержки на уровне, обеспечивающем удовлетворительный размер прибыли? И действительно, Митчелл, как отмечено выше, ставит подобный вопрос, но ему не удается дать на него удовлетворительный ответ. И причина его неудачи главным образом в том, что он не принимал в расчет факторы, вызывающие снижение уровня реального инвестирования. ] Поверхностным ответом на этот вопрос было бы, как думает Митчелл, утверждение о "недостаточности количества денег". При ограниченных резервах банковский кредит нельзя расширять неограниченно.

Но Митчелл считает, что этот ответ имеет только "известный академический интерес". Другие причины приостанавливают рост цен "до того, как банки решаются подвергнуть себя такому риску". И в самом деле, недостаточно показать, что рост общего уровня цен должен окончиться. Действительная задача состоит в том, чтобы показать, что именно "препятствует предприятиям сохранить прибыльную согласованность между движением двух рядов цен — цен, из которых складываются издержки, и цен, из которых складывается выручка". "Накопление напряжений между этими двумя частями системы цен" — вот что требуется объяснить [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 496.].

Верхняя точка поворота

Если поставить проблему таким образом, то логично будет рассмотреть, возможно ли так приспособить издержки к стабилизированному уровню продажных цен, чтобы сохранить удовлетворительный размер прибыли. Почему это не могло бы привести к нескончаемому процветанию? Если проблема заключается только в том, чтобы сбалансировать издержки и цены, то силы рынка должны были бы быть в состоянии об этом позаботиться. Но на деле Митчелл не берется за решение вопроса, хотя он сам, как мы видели, его поднял. Вместо этого он продолжает объяснять, почему продажные цены не могут дальше повышаться. Следует будто бы принять, что не существует возможности остановить непрерывный рост издержек, даже после того как начинается давление на размер прибыли, и что единственный выход — продолжать повышение продажных цен. Поэтому Митчелл, вместо того чтобы искать средства сбалансирования издержек и цен, стремится объяснить, почему (не считая гипотетических границ, налагаемых количеством денег) непрерывный рост цен невозможен.

Прежде всего некоторые цены фиксированы официальной регламентацией (коммунальные услуги), долгосрочными контрактами или обычаем. Затем ошибки оптимизма "ведут всегда в период процветания к тому, что некоторые рынки завалены товарами".. Далее, когда растущие процентные ставки и растущие издержки строительства начинают ограничивать заказы на материалы и продовольствие, "падение спроса грозит остановить рост цен в других отраслях, а возможно, и вызвать их падение" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 493. ]. (На это можно было бы возразить, что такой ход событий благоприятствовал бы сохранению процветания, так как благодаря ему замедлился бы рост издержек на труд и материалы для других отраслей.) Наконец, Митчелл ставит вопрос о том, не будет ли рост продажных цен предотвращен отставанием потребительского спроса (теория недопотребления!). Но он старается доказать, что это неправдоподобно, так как цены на предметы потребления падают- позднее, чем цены на производственные блага. Митчелл здесь упускает из виду возможность того, что, согласно принципу акселерации, замедление темпа возрастания потребительского спроса могло бы объяснить, почему абсолютное падение спроса и цен начинается с производственных благ. "Пока теории недопотребления не будут опираться на более убедительные доказательства, чем те, которые приводились в их пользу до сих пор, должен будет поэтому преобладать взгляд, что трудность оберегать прибыль от вторжений со стороны растущих издержек дает о себе знать раньше всего не в отраслях, имеющих дело с потребительскими товарами, а в других сферах экономики" [Ibid. P. 502.]. Здесь выступает уверенность Митчелла, что изучение явлений опережения и отставания может разрешить вопрос о причинах. При помощи теории производного спроса (принципа акселерации) было, однако, окончательно доказано, что эта уверенность была неосновательной.

Итак, Митчелл приходит к заключению, что имеются три причины, почему цены не могут непрерывно повышаться: (1) относительная устойчивость некоторых цен, (2) сокращение инвестирования в строительство и оборудование, вызванное высокими издержками строительства и высокими процентными ставками, (3) избыточная продукция и избыточные мощности, возникшие в некоторых сфеpax вследствие ошибок оптимизма. "Поэтому неминуемо должно наступить падение нормы прибыли" [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 503. ]. Но нигде не показано, однако, почему не может прекратиться рост издержек, коль скоро перестают расти продажные цены.

Кроме того, это рассуждение не согласуется с собственными данными Митчелла о прибылях (по общему мнению — скудными данными). Цифры по Германии, использованные им, показывают, что прибыли "продолжали расти без перерыва в течение всего периода оживления активности и периода процветания, пока не дошли до кульминационного пункта в 1899 г." [Ibid. ] "Чистый доход от эксплуатации" у американских железных дорог и их "чистый доход", который включает доходы из других источников, неуклонно растут на протяжении всего периода бума [Ibid. P. 424-426. ]. Цифры Мида по 29 промышленным трестам, приведенные Митчеллом, показывают, что прибыли достигают своей высшей точки в последний год бума [Ibid. P. 431. ]. "Многие (вероятно, большинство) делают в это время больше денег, чем в какую-либо предшествующую стадию экономического цикла" [Ibid. P. 575. ]. Но перед значительным меньшинством, говорит Митчелл, встает перспектива уменьшения прибылей еще до того, как это уменьшение становится всеобщим [Ibid. P. 503. ].

Здесь, думается мне, очень уместно вспомнить данные о прибылях корпораций, недавно опубликованные Национальным бюро экономических исследований. Эти данные показывают, что индекс всей суммы чистых прибылей корпораций движется синхронно с индексом промышленного производства и с общим базисным циклом. Индекс прибылей продолжает неуклонно расти вплоть до вершины бума. Но исследования Бюро показывают, кроме того, что процент компаний, у которых вместе с ходом цикла идет рост чистой прибыли, оказывается наибольшим вблизи средней точки фазы экспансии цикла. Это говорит о том, что многие компании достигают вершины своего собственного цикла прибыли на довольно ранних стадиях общего экономического подъема и в дальнейшем до конца бума продолжают получать высокие (но уже не самые высокие) прибыли. У других компаний их собственный цикл прибыли показывает неуклонный подъем до самой вершины бума. Совокупная чистая прибыль продолжает возрастать, пока большинство компаний еще движется вверх в своих собственных циклах прибыли. Когда вершина общего экономического бума остается позади, менее 50 % компании все еще движется вверх к своим собственным вершинам прибыли [Дальнейшее рассмотрение отношения размеров чистой прибыли к общему циклу см. в гл. 29 настоящей книги.].

Ни одного убедительного довода нельзя выставить в пользу тезиса, что точка поворота от процветания к депрессии вызывается понижением прибыли, как это, по-видимому, думает Митчелл. Возможно, мы будем ближе к истине, если будем рассматривать уровни прибыли как результат циклического движения, а не как причину цикла.

Исключительно важно различать среднюю, фактически полученную текущую прибыль от ожидаемой нормы дохода на последующее приращение реальных инвестиций, то есть от предельной эффективности капитала. Эта последняя может быть низка, даже равна нулю, когда первая еще находится на высоком уровне. Так, автомобильная компания может сегодня иметь очень хорошую прибыль, и вместе с тем она может не видеть перспектив, чтобы дополнительное оборудование могло принести удовлетворительную норму дохода. Новейшее оборудование может уже быть установлено, и существующих зданий и оборудования может быть вполне достаточно, чтобы обеспечить объем сбыта, на который можно рассчитывать. Стало быть, новое инвестирование не есть функция текущей средней нормы прибыли; она — функция нормы дохода сверх издержек, ожидаемой от добавочного приращения инвестиций. Чистое инвестирование стимулируется либо растущим сбытом, либо изобретениями, понижающими издержки, то есть двумя сторонами инвестиционного процесса — расширением и углублением.

За бумом неизбежно следует депрессия

Раз волна спада началась, кумулятивный процесс переводит экономику из состояния кризиса в состояние депрессии. Так думал Митчелл. Но можно поставить вопрос: в самом ли деле имеются веские основания, в силу которых нельзя миновать фазу депрессии? Некоторые говорят, что кризис проистекает от нарушения доверия. Если бы доверие могло быть восстановлено, считают они, не оставалось бы реальных оснований к тому, чтобы экономика не вернулась к уровню, который существовал до паники. Пусть только деловые люди говорят "процветание" вместо "тяжелые времена" и все будет хорошо [Mitchell W.C. Business Cycles. P. 554. ].

Эта точка зрения, как мы помним, действительно была выдвинута Альфредом Маршаллом. Но Митчелл не верил в это "радужное оживление". Тяжелый опыт 1893, а потом 1907 гг. в течение нескольких недель доказал тщетность искусственного внушения оживления. Не существует ли в состоянии экономики после бума и кризиса таких элементов, которые делают "период депрессии неизбежным, — элементов, находящихся вне власти чувств?" [Ibid. ]

Если реальный инвестиционный бум временно исчерпал возможности инвестирования, если процесс обильного инвестирования в основной капитал привел к сильному понижению предельной эффективности капитала, тогда депрессия действительно неизбежна в обществе, которое не проводит действенной антициклической политики. К тому же неблагоприятные ожидания породили бы кумулятивное понижательное движение. Таковы коренные причины депрессии по Шпитгофу, Викселю и Робертсону.

Но не таково объяснение Митчелла. Он прибегает вместо этого к общему описанию хода событий. Происходят увольнения рабочих, и в результате падает потребительский спрос. Торговцы распродают придерживавшиеся запасы. Пока существующие предприятия стоят без дела, имеется мало стимулов заводить новое оборудование. Из-за перспективы дальнейшего падения цен откладывается запроектированное новое строительство. В своем действии эти процессы кумулятивны. Каждое уменьшение занятости и потребительского спроса порождает дальнейшее уменьшение.

Под давлением трудных времен издержки уменьшаются, деньги оказываются в избытке, скопившиеся запасы мало-помалу расходятся, возникают новые продукты и новые процессы и, таким образом, депрессия вновь прокладывает дорогу для оживления [Ibid. P. 562-569.].

Такова, стало быть, картина, какою ее видел Митчелл в 1913 г. Он описывает последовательность событий, опережения и отставания различных переменных, процесс взаимного приспособления цен и издержек. Но эта последовательность событий, эти опережения и отставания — всего лишь способ, которым развертывается цикл. Сами по себе они ничего не объясняют. Митчелл полагал, что движущей силой цикла являются поиски прибыли. Нужен был более глубокий, чем у него, анализ факторов, вызывающих колебания в размерах реальных инвестиций.

Состояние теории экономического цикла в 1927 г.

Следующей вехой на научном пути Митчелла была книга "Экономические циклы. Проблема и ее постановка" [Mitchell W.C. Business Cycles, the Problem and Its Setting, 1927. Есть русский перевод: Митчелл У.К. Экономические циклы. Проблема и ее постановка. М.—Л.: ГИ3.1930. ]. В ней обстоятельно рассмотрена теоретическая, историческая и статистическая литература. Шестьдесят страниц посвящены обзору теоретических работ. Есть и некоторое признание заслуг авторов континентальной Европы (особенно Туган-Барановского), но все же чтение книги создает впечатление, что основной вклад этой группы ученых в науку так и не оставил настоящего следа на мышлении Митчелла. Во всяком случае мы не находим у Митчелла ни углубленного изложения анализа инвестирования [Впрочем, следует отметить ссылку на запас созданного человеком оборудования, поддержание и расширение которого отнюдь не должно оставаться таким же постоянным, как выпуск потребительских товаров. Стало быть, сочетание современных индустриальных методов и современной организации экономики "открывает возможность для возникновения значительных циклических колебаний по крайней мере в одной из важнейших областей хозяйственной деятельности", а именно в отраслях, производящих оборудование (Mitchell W.C. Business Cycles, the Problem and Its Setting. P. 182).], ни строгого его обсуждения, которое позволило бы принять или отклонить смелые и впечатляющие формулировки "инвестиционной школы". Панорамное обозрение состояния теории экономического цикла в 1927 г., сделанное Митчеллом, внушает мысль, что перед нами обширная беспорядочная мастерская, в которой много рабочих разбросали свои инструменты. К сожалению, читатель не получает разъяснения, какие из этих инструментов пригодны для работы и есть ли среди них вообще такие. Рабочие гипотезы, конечно, нужны, говорит нам Митчелл, чтобы руководить нашим отбором фактов и подсказывать способы их анализа и комбинирования; и он, по-видимому, считает, что для этой цели почти одинаково хорошо служат различные теории, если только они вообще представляются правдоподобными.

Внутренняя тенденция к циклическому поведению

Рассмотрение Митчеллом статистических изысканий и экономических материалов обнаруживает, что "нормальным" положением является состояние изменения, непрекращающегося колебания. Колебания различаются от цикла к циклу, но нет оснований сомневаться, что эти циклы составляют реально действующий вид явлений. В мире, в котором мощные и спорадические нарушения — войны, непостоянство в урожаях, эпидемии, наводнения, землетрясения — приходят и уходят через неправильные промежутки времени, "тенденция к чередованию процветания и депрессии должна обладать значительным постоянством и энергией, чтобы быть в состоянии наложить свою характерную печать на экономическую историю". Точно так же и случайные события широчайшим образом варьируют от страны к стране. Но "скрытые экономические силы, которые работают в направлении установления единообразия конъюнктуры, должны быть действительно могущественны, чтобы отлить в общую форму экономические циклы в различных странах" [Mitchell W.C. Business Cycles, the Problem and Its Setting. P. 450.].

Заключение книги Митчелла 1927 г. намечает план работ на будущее. Сюда входят попытка найти, "каковы характерные черты всех или большинства циклов", и более полное исследование действия взаимосвязанных процессов. Когда это будет сделано, "настанет время посмотреть, что же означает самый вопрос о причинах экономического цикла и в каком смысле на него может быть дан ответ". И снова перед нами твердая уверенность Митчелла, что путь, которым должно идти изучение циклов, — это изучение последовательностей, опережений и отставаний, взаимных связей между различными переменными в отношении их расположения во времени, их амплитуд, их отклонений от некоторой критической величины и т.д. Понимание проблемы остается тем же, что в 1913 г. Данные, собранные и проанализированные в истекшие четырнадцать лет, не изменили основной идеи. Митчелл думал, что для того, чтобы вскрыть причину или причины явления, время еще не наступило. Книга 1927 г. дополняет наши детальные познания о последовательности событий, развертывающихся в цикле, но о сокровенной внутренней природе цикла мы все еще не узнаем.

Десять лет спустя (в 1937 г.) появилась выдающаяся публикация Национального бюро экономических исследований — книга Саймона Кузнеца "Национальный доход и капиталообразование в 1919-1935 гг.". Здесь Митчелл мог в изобилии черпать зерна для своей мельницы, поскольку он работал над проблемой причин. Но во всем, что он писал, нельзя найти должной оценки того значения, которое данные Кузнеца о доходе и капиталообразовании имеют для исследования экономического цикла. В опубликованной посмертно работе Митчелла ("Что происходит во время экономического цикла?") к совокупностям Кузнеца, конечно, применены стандартные измерения, принятые в работах Бюро для амплитуд, опережений, отставаний и т.д. Но у многих, должно быть, встает вопрос: разве это все, что можно почерпнуть из богатого эмпирического исследования Кузнеца?

Измерение экономических циклов

Долгие годы дальнейших исследований произвели на свет массивный том Бернса и Митчелла "Измерение экономических циклов". Книга эта посвящена главным образом статистической методологии, но она содержит также обильные данные о последовательности различных временных рядов в цикле. Заглавие показывает, что "задание", поставленное в книге 1927 г., было добросовестно выполнено. Целью было не объяснение, а измерение циклического поведения. И в книге отмечаются отклонения в движении, синхронизация точек вершины и дна, длительность фаз, амплитуды, темпы изменений. "Эти измерения — вместе с теми, что показывают последовательность, в которой у различных видов деятельности происходит поворот вверх при оживлениях в экономических циклах и поворот вниз при циклических рецессиях, — существенны для прослеживания причинных связей" [ Burns A.F. and Mitchell W.C. Measuring Business Cycles, National Bureau of Economic Research. N. Y., 1946. P. 12.].

Суть всего исследования заключается в переходе от специфических циклов индивидуальных временных рядов к экономическим циклам. Для этого была составлена таблица "базисных дат", "имеющая целью разметить низины и вершины последовательных экономических циклов и измерить опережения и отставания низин и вершин специфических циклов по отношению к этим отметкам" [ Ibid.].

Получив группу достаточно хорошо проверенных базисных дат, "мы можем подробно показать, каково поведение различных отраслей деятельности во время экономических циклов, как циклические повороты различных рядов связаны друг с другом и каковы их сравнительные значения по величине и направлению на последовательных стадиях экономических циклов" [Burns A.F. and Mitchell W.C. Measuring Business Cycles. P. 13. Измерения экономического цикла, данные в книге Бернса—Митчелла 1946 г., составляют только часть всей программы исследований. Было предпринято составление многочисленных отдельных монографий о циклическом поведении различных сфер экономической жизни, например сельского хозяйства, обрабатывающей промышленности, строительства, денежного обращения и банков и т.д. Задуманы работы о государственных финансах, сбережениях и инвестициях, рынке ценных бумаг и т.д., а также серия исторических исследований. Предполагается выпустить также заключительный том и дать в нем теоретическое описание хода экономических циклов. "Проспект" такого описания был частично составлен Митчеллом незадолго до смерти. ].

Заканчивая книгу, авторы излагают тезис, которого они непреклонно держатся (и который во всем основном сходен со взглядами книги 1927 г.), что через все следующие друг за другом циклы проходит некое центральное ядро, образованное постоянными чертами цикла. "Мало имеется данных, которые бы свидетельствовали, что вековые, структурные или циклические изменения оказали сильное влияние на циклическое поведение отдельных видов деятельности или экономики в целом" [Ibid. P. 480.]. Следующие друг за другом циклы одного и того же ряда несут на себе, как оказывается, фамильное сходство. И если составить средние для групп специфических или базисных циклов, картина будет почти всегда одна и та же: "Индивидуальные своеобразия отдельных циклов в тенденции стираются; для одного и того же ряда средние циклы имеют в значительной мере одинаковый вид, какими бы различными ни были выборки циклов, из которых выведены эти средние; для различных рядов их характерные особенности в тенденции резко выделяются и взаимные отношения, существующие между рядами, сохраняются с большой регулярностью, как бы мы ни производили отбор циклов. Невозможно было бы в следующих друг за другом экономических циклах обнаружить эту тенденцию индивидуальных рядов к сходному поведению с точки зрения соотношений между ними, если бы силы, которыми вызываются экономические циклы, обладали лишь слабой регулярностью" [ Ibid. P. 480.].

Два заключения следуют из этого анализа: (1) экономические циклы состоят из приблизительно совпадающих друг с другом колебаний во многих видах деятельности; (2) отношения между движениями различных видов деятельности имеют явно выраженную тенденцию повторяться в следующих друг за другом экономических циклах.

Наконец, в своей работе "Роль научных исследований в экономическом прогрессе" [The Conditions of Industrial Progress. University of Pennsylvania, 1947.] Митчелл говорит о широкой шкале различных реакций, которые общая экономическая экспансия вызывает в самых различных отраслях производства, начиная с добычи угля и кончая сельским хозяйством. Эти различные реакции не могут быть приписаны случайности, так как от цикла к циклу они возвращаются с той же самой регулярностью, что и общие волны экономики. И снова Митчелл напоминает, что опережения и отставания, разности амплитуд, "относительное значение опережающих и отстающих процессов, в меньшей или большей мере колеблющееся", — таковы решающие проблемы для всякого, кто "пытается понять, как происходят экономические циклы". И опубликованный посмертно "отчет о достигнутом", озаглавленный "Что происходит во время экономических циклов?", представляет собою обширное исследование, проведенное в этом направлении.

Итак, до конца Митчелл продолжал интересоваться в первую очередь последовательностью событий. Несомненно, эта последовательность обнаруживает известную регулярность от цикла к циклу, если экономические институты остаются в основе своей такими же. Конечно, последовательность может бросить свет на "силы", "вызывающие" цикл, но, взятая сама по себе, не может их объяснить.