Глава 5. Игры

Итак, экспериментальное изучение русской народной куль­туры производилось нами на протяжении примерно десяти лет. Опыты эти мы называли по-русски единственным подходящим к случаю исконным словом, которым назвали бы это те, чью культуру мы изучали. Словом Игры. И это звучит очень естественно для слуха русского человека:

прежде чем отправлять человека в дело, лучше всего, обучив его в общем, дать возможность всё отыграть. Это как бы само собой разумеется и очевидно. Раз очевидно, значит, мы попадаем в самую психологическую сердцевину культуры. Как отыграть — вот вопрос. Не будем забывать, что в наших играх-экспериментах мы исходили из двойной задачи — познать себя и создать успеш­ное предприятие. Несколько слов об условиях, которые мы зада­вали сами себе при организации этих игр.

Игра, просто повторяющая условия последующей работы, как это часто происходит в экономических и производственных играх, скучна и не дает широты сознания. Она просто встраивает человека в его станок или стойло, как деталь машины. Он, ко­нечно, будет после неё знать, что ему делать, но думать не на­учится — это ему больше не нужно, ему «наиграли» образцы.

Выбор игр так же, как и все остальное, определяет цель, ради которой это делается. Поскольку нашей целью является, во-первых, создание экономической основы для будущего дви­жения дальше, а во-вторых, поход в неведомое, который од­нажды придется совершить, мы соответственно и подходили к созданию игр.

Как вы знаете, первой игрой по созданию производственной Артели, была ловля рыбы бреднем, маленьким неводом, кото­рый тащат вручную.

Этот вид рыбной ловли запрещен на Волге, где мы ловили. Так что его вполне можно считать браконьерством. Мы ловили под Юрьевцем, где свирепствует Кинешемская рыбинспекция. И это очень сильно добавляло остроты в наше занятие.

Конечно, законопослушный ученик может возмутиться и отказаться участвовать в таком деле. Но весь бизнес есть браконь­ерство. И если у тебя не хватает смелости и оборотливости делать свое дело под носом у закона и акул, не ходи в предпринима­тельство. Пожалей себя.

Итак, первое условие — будь осторожен и не попадись. Вто­рое, которое естественно связано с первым — вообще не при­влекай внимания, будь невидимкой. Пусть даже соседи не знают, где и когда ты ловишь. Это не просто этнографично. Этого требу­ет еще первобытная охотничья магия. Никто из лишних людей не должен знать о планах охотников, чтобы не сглазить, не испор­тить такое тонкое дело.

Третье. А для этого не только учись быть незаметным, но учись и договариваться с собратьями по промыслу. Иначе говоря, прежде чем влезть в воду, договорись с другими рыбаками, как вы дели­те пространство и время. Если вы перебежите дорогу друг другу — это обязательный скандал и, соответственно, видимость и уяз­вимость. Никаких разборок. Если дорогу перебежали тебе, зна­чит, слаба твоя разведка. Занимайся ею, а не конкурентом.

Четвертое правило, которое было выведено нами, но про­звучало ещё у учившего меня Дядьки: Победу надо готовить. Проще говоря, к делу надо готовиться.

Снасти надо чинить и оснащать заранее. И, кроме того, что очень важно, нужно заранее прочистить все тони — все побере­жье, где ты будешь ловить. Мы обычно брали трос, вешали на него грузы и проходили с ним по всему протяжению будущей рыбалки в ту и в другую сторону. Удаляли так называемые заце­пы. Где тони оказывались слишком длинными, расчищали места тонения. Коряги, которые не удавалось убрать, метили вешками.

Делали мы это днем, в тепле. Так что у нас была прекрасная возможность изучить весь наш участок побережья.

Потом мы, если предоставлялась возможность, шли смот­реть, как ловят другие. Когда-то мне довелось маленько порыба­чить с рыболовецкой артелью на Волге, кроме того, меня учил, кроме Дядьки, еще один дедушка, который предпочитал брать рыбачить меня, а не пьяниц. Все это было много лет назад, и я многое позабыл. Поэтому мы ходили учиться.

Учиться, конечно, было чему. Назовем это культурой. Опре­деленной культурой и совершенно определенно вырождающей­ся. Меня учили не так и не тому, что делают сейчас дети тех дедушек, которые еще помнили настоящие Артели.

Так, договариваясь с одним из артельщиков, что подойдем посмотреть, как они ловят, я сказал, что мы вычистили все свои тони.

— А зачем?! — удивился он. — Там же бродят постоянно, там все чисто!

Мы подошли к месту их рыбалки как раз когда они начали растягивать бредень от берега в воду. Бредень был весь спутанный и полный полузасохшей травы. Бросили после предыдущей ры­балки не разобрав. Мотня, как называется кошель, в который собирается рыба в неводе, замоталась в дель — в саму сеть, из которой делается бредень. В воде такое очень трудно увидеть и разобрать. К тому же они, еще не начав ловлю, прямо здесь умуд­рились наловить коряг.

— Откуда? — возник у нас вопрос, — ведь они же действи­тельно тут постоянно бродят!

И тут же пришел ответ. Артельщик, сдержанно матерясь, за­лез в сеть, вытащил из нее толстенную корявую ветку и швыр­нул в воду сзади сети.

— На берег бы... — неуверенно предложили мы.

— А! — махнул он рукой. — Мы там дальше не ловим никогда. Как оказалось впоследствии, именно сегодня они решили начать ловлю метров на 10-15 дальше, чем обычно. Очевидно, другие артели тоже не ловили «там дальше», потому что коряги попадались на протяжении всей рыбалки и постоянно швыря­лись в воду же.

Победу надо готовить, а к делу хорошенько готовиться. Ве­зет только дуракам. Именно тебе обязательно не повезет. Хотя бы потому, что, начиная предпринимательство, ты должен под­готовиться так хорошо, чтобы везению не оставалось места, как и невезению.

Следующий урок, пятый, это четко обговоренная цель, ради которой вы начинаете дело. Назовем этот урок Уроком дееспо­собности, который естественно вытекает из обычной для нас

недееспособности, вскрывающейся уже тогда, когда средства вложены и дело запущено. Обозначив цель, ты имеешь возмож­ность достичь единства у всей Артели, а значит и понимания, как надо её достигать. Отсюда уже один шаг до взаимодействия.

Цель игры определить не так уж просто. Людям свойственно или заигрываться или отказываться от игры, потому что они чув­ствуют себя в ней дураками. Чаще всего они и заигрываются, чтобы не чувствовать себя глупо.

К примеру, наш уважаемый Руководитель Школы управле­ния Д. Дж. Доуль заигрывался до полного поглупения. Поскольку я по игре изображал Хозяина, который хочет создать Артель, то Доуль, который должен был, как Руководитель Школы, обучить людей, вместо учебы буквально ползал передо мной на пузе, извергая потоки восточной затейливой лести из «Трех мушкете­ров». Ему почему-то показалось, что именно так замысловато холуйски он обучает людей, как нужно иметь дело с Хозяином. При этом учеба виделась им очень просто: надо дать правильные образцы. И он жертвенно брал на себя их создание. Предполага­лось, что все остальные работники просто должны были, повто­ряя за ним и не особо напрягая мозги, зазубривать дикие выра­жения, вроде:

— Глубокоуважаемый Алексей Андреевич, не дозволите ли вы, не считаете ли вы, что уже пора приступить к изучению первого движения?..

В конце этого так и рвется «Ваша светлость» или «Вашу мать! Чем мы тут занимаемся?! У нас что, театр? Или мы в игре учим­ся предпринимательству?!».

Учили, или точнее, переучивали Доуля по ребрам. Бока у него были жуткого сиреневого цвета. Били все и много. За всю проигранную, прооранную и проинтеллигентенную Россию.

Цель, что бы ты ни делал, все-таки остается все той же твоей большой мечтой, ради которой ты вообще начал хоть что-то де­лать. Её не надо ни менять, ни отменять. И если она для тебя всерьез, тогда и все всерьез, что ты делаешь ради её достиже­ния, даже игра. Поэтому не надо придумывать никаких особых целей. Просто задайся вопросом: Если я хочу достичь своей меч­ты, то нужно ли мне иметь крепкую мамку — дело, которое меня кормит.

Если нет, то дальше написано не для тебя. Ты идешь другим путем. Если да, то задай следующий вопрос: придется ли мне для этого заниматься предпринимательством? Ответ будет: да, это неизбежность. Куда же от этого деваться. Не будем уточнять ка­ким, это дело личное. Но какое-то предприятие тебе придется или сделать самому или сделать совместно, что более вероятно.

Почему сделать, почему не просто работать на чьем-то пред­приятии? Потому что однажды ты должен заняться своей мечтой и, значит, отдаться ей целиком. Это возможно, только если у тебя такой источник подпитки, который будет тебя кормить, даже если ты не работаешь. Значит, пока ты можешь просто за­нимать какое-то место, но долю в собственном предприятии иметь необходимо. А лучше, в нескольких и успешных.

Как их сделать и как сделать успешными? Надо учиться? Да., Вот это и есть следующий шаг или выбор.

Так что для тебя эта игра в предприятие? Науку чего мы мо­жем познать через такие эксперименты?

Как занимать места в обществе в соответствии со своим дос­тоинством, ты уже давно знаешь. Это часть нашей культуры. Мо­жет быть, как не глядя на места и соответствующие им образцы поведения, делать дело? А зачем?

Главное в игре — это все-таки не лицедейство и даже не просто дееспособность. С одной стороны, в неё входят и четкое понимание цели жизни — своей и своего народа. И тут помощью для понимания будут слова из производственного задания: «Дети хотят есть...».

Но это, скорее, описание самого нашего методологического подхода к исследованиям народной культуры. И в последующих главах он будет очень основательно развиваться, так что порой моя книга будет больше похожа на учебник для создающих собствен­ное предприятие, а не на КИ-психологическое исследование.

Но зачем все это? Вот вопрос, который не отменяет ни серь­езность, ни наукообразность сочинений, которые мы делаем. Я не хочу давать сейчас ответ на этот вопрос, я хочу, чтобы он всего лишь был поставлен и жил вместе с читающим на протя­жении всей книги. Или даже нескольких книг.

Глава 1. Устроение

Глава 2. Устройство общества — устройство предприятия

Глава 3. Мир и Образ мира

Глава 4. Производство

Глава 5. Большое Производство

Глава 6. Второе Производство или Рынок

Глава 7. Матка

Глава 8. Храм, или Научно-исследовательский институт

Заключение